Си отпустил тормоза. И это проблема для всего мира

История показывает —  когда автократический лидер берет на себя полное управление сильным государством, результаты редко бывают хорошими, пишет Bloomberg.

Результаты 20-го съезда Коммунистической партии Китая известны, и они не очень приятны — для Китая, США и всего мира. Си Цзиньпин добился исторического третьего срока на посту генерального секретаря партии, наполнив систему своими людьми и сместив видных соперников.

Китай продолжает свой долгий путь к персоналистической автократии, системе, в которой Си безжалостно управляет партией, императивы политического контроля превосходят императивы экономического роста, а полицейское государство процветает от Пекина до Синьцзяна.

Однако наиболее опасные последствия могут возникнуть во внешней политике. Вашингтон и его союзники столкнутся с правителем, который может действовать быстро и жестко. Си может быть склонен к катастрофическим авантюрам, которые так часто делают изолированные сильные мира сего.

Признаки господства Си на партсъезде бросались в глаза. Была сцена с его предшественником Ху Цзиньтао, выведенным из зала во время заседания. Было возвышение верных последователей и ранний уход на пенсию соперников и критиков, таких как премьер-министр Ли Кэцян. Не в последнюю очередь Си Цзиньпин укрепил свой идеологический авторитет: ЦК партии обязался «решительно отстаивать основную позицию товарища Си Цзиньпина» и «полностью претворять в жизнь идеи Си Цзиньпина».

Это был мастер-класс по самодержавному укоренению человека, который сейчас более могущественен, чем любой китайский правитель со времен Мао Цзэдуна. Это означает, что доминирующая тенденция китайской внешней политики при Си — переход к более рискованной и конфронтационной позиции — станет еще более выраженной.

Если появление более «напористого» Китая предшествовало Си, то теперь термин  стал неразрывно с ним ассоциироваться. Китай под руководством Си принял резкую дипломатию «воина-волка» и усилил давление на соседей Китая вдоль его гималайской границы и периферии Тихого океана. Несмотря на резкую критику из-за рубежа, Си дожал уйгурское население и покончил с любыми остатками политической автономии Гонконга. Дипломатической визитной карточкой Си стала его готовность мириться с усилением трений с Вашингтоном при формировании евразийского союза диктаторов вместе с Москвой.

Ожидается, что Си на третьем сроке нажмет на газ, а не на тормоза. Уже есть признаки того, что правительство переходит в глобальное наступление. Пекин расширяет свои усилия по созданию всемирной сети военных баз и объектов материально-технического снабжения от Джибути в Африке до Соломоновых островов в южной части Тихого океана.

В апреле Си обнародовал «глобальную инициативу в области безопасности», которая предусматривает помощь в программах внутренней полиции для дружественных правительств — и тем самым меняет архитектуру мировой безопасности с той, в которой доминируют союзы США, на более дружественную КПК. Официальные лица США также ожидают роста напряженности в западной части Тихого океана, поскольку Си, который, как сообщается, приказал своим военным быть готовыми к бою к 2027 году, усиливает давление на Тайвань.

Китайский лидер определенно говорит так, будто ожидает неприятностей. Примечательно, что в его отчете партийному съезду отброшена прежняя характеристика Китая, который находится в «периоде важных стратегических возможностей». Вместо этого он предупредил о приближении «опасных бурь». И поскольку Си сделает китайское государство, в том числе Народно-освободительную армию, более чутким к своим приказам, у него будет больше возможностей для решительных действий, даже несмотря на риск конфликта.

Если, например, Си решит применить силу против Тайваня, как опасаются многие официальные лица США, не ждите, что его советники переубедят его в обратном: они с гораздо большей вероятностью будут придерживаться линии и проявят «боевой дух», которого требует босс. Только посмотрите, как действуют аппаратчики другого сверхперсонализированного режима президента России Владимира Путина, отсалютовавшие началу операции в Украине.

Си может возмутиться сравнением с Путиным, но история показывает, что сильные автократии склонны совершать ужасные ошибки. Лидеры, преследующие инакомыслие, изолируют себя от приличных советов. А централизация власти разрушает ограничения как на плохой, так и на хороший выбор.

В начале холодной войны изоляция Сталина и коммунистическая идеология не позволяли ему увидеть, как западные капиталистические державы объединятся против экспансионистского Советского Союза. Мао вел Китай от катастрофы к катастрофе — по оценкам, «большой скачок» и «культурная революция» в совокупности унесли почти 50 миллионов жизней, — потому что ничто не мешало его заблуждениям стать государственной политикой.

Си не Сталин, Мао или Путин. Но он глобальный амбициозный лидер, который систематически снимает ограничения со своей собственной власти, удваивая дерзкий и антагонистический подход к иностранным делам. Это печально знакомая история в мировой политике, которая вряд ли закончится хорошо ни для Китая, ни для остальных стран.

Перевод Станислава Прыгунова, специально для «БВ»