Сказки о криптозиме — почему приверженцы криптовалюты так напоминают секту

Одни адепты потеряли веру, другие проклинали виновных, а некоторые решили пойти во все тяжкие. Эссе для Bloomberg независимого журналиста Кристофера Бима (впервые купившего криптовалюту в апреле 2021 года и переставшего совершать сделки с апреля 2022 года) о том, что происходит, когда пророчество о блокчейне не сбывается.

Однажды в начале 2021 года мне позвонил мой старый друг Джордж. Мне всегда нравились наши встречи. Обычно мы говорили о девушках, фильмах и его карьере сценариста. Но на этот раз он настойчиво направил разговор на новую тему: Биткойн.

Джордж, чью фамилию я опускаю, похоже, искренне хотел, чтобы я узнал о криптовалюте. Он присылал мне подкасты с участием «экспертов» по блокчейну и информационные бюллетени с большим количеством диаграмм об «ончейн-аналитике».

Джордж утверждал, что планирует свое финансовое будущее вокруг биткойнов и не хотел, чтобы его друзья остались не у дел. Какое-то время я игнорировал его призывы — все это казалось сложным и слегка раздражающим. Но по мере того, как цена биткойна росла, его сообщения становились все более настойчивыми. Я согласился изучить его и после «проведения собственного исследования», т. е. прослушивания нескольких подкастов на удвоенной скорости, решил их приобрести.

В прошлом году серия каскадных взрывов привела к резкому падению стоимости криптовалюты. После этого у нас с Джорджем был совсем другой разговор. «Позвольте мне извиниться перед вами, — каялся тогда Джордж. — Я был слепцом, ведущим слепого». Действительно, с тех пор, как я его купил, биткойн потерял три четверти своей стоимости. Мы были глубоко погружены в то, что приверженцы блокчейна называют крипто-зимой — продолжительный спад, который еще так и не оттаял.

Для Джорджа извиниться передо мной было не самым сложным. Он убедил своих китайских родителей-иммигрантов рефинансировать свою ипотеку и одолжить ему 50 000 долларов для инвестирования в биткойн. Он хранил средства в Celsius, своего рода криптовалютном банке, где на них могли начисляться проценты. Компания обанкротилась, и теперь деньги оказались заморожеными, и есть вероятность того, что большая часть из них потеряна безвозвратно.

«Тогда я им сказал: «Мне очень жаль, мне неимоверно стыдно, и я совершу ритуальное самоубиство, если вы этого потребуете», — рассказывал он. Родители этого не потребовали, а Джордж клятвенно пообещал вернуть занятые средства, как только появится возможность.

Казалось, что Джордж, как и многие из нас, увлекшихся криптографией, испытывал не просто финансовые потери, а своего рода финансовое горе — клубок вины, сомнения и ужасное чувство того, что его «развели». Цена биткойна немного восстановилась с тех пор, как мы поговорили, но в этом мало утешительного, если ваши деньги застряли на дрянной платформе, такой как Celsius, или вы потеряли средства на предположительно мошеннической бирже FTX Сэма Бэнкмана-Фрида, или держали одну из ныне бесполезных «альткоинов», которые вырастали как грибы под дождем во время пандемического торгового бума.

Для многих криптовалюта стала идентификацией, способом почувствовать себя умным и революционным, а также оказаться в авангарде новых технологий. Что происходит с этим представлением о себе, когда его основа разрушается? Когда вместо того, чтобы быть чьим-то сообразительным сыном или дочерью, вы робкий взрослый ребенок, которому приходится объяснять, куда делись семейные сбережения? (Для понимания: я не продал токены — в основном Биткойн и Эфир, — которые я купил на пике бычьего рынка сделало меня объектом деликатных расспросов и ехидных насмешек на семейных собраниях)

Все сложно. Джордж, несмотря на мошенничество, постоянные взломы и обвал рынка, говорит, что все равно продолжает верть в крипту. «Я по-прежнему считаю, что блокчейн — это революционная разработка, — говорит он. «Через 10, 20, 50 лет я верю — мне очень хочется верить, — что мы оглянемся назад и скажем, что Биткойн был изобретением масштаба печатного станка или Интернета».

В своем основополагающем исследовании социальной психологии 1956 года «Когда пророчество не сбывается» Леон Фестингер, Генри Рикен и Стэнли Шахтер описали, как отреагировали последователи культа Судного дня, когда точные предсказания их пророков об апокалипсисе оказались ложными: они просто отодвинули дату. Некоторые стали верить еще сильней и углубились в культ. Они уже слишком много сделали, возможно, уволились с работы или раздали деньги, чтобы смириться с тем, что на самом ничего не случится. Исследование стало классическим примером «когнитивного диссонанса», возникающего, когда доказательства противоречат чьей-то модели мира.

Мне было любопытно, как люди в криптографии справляются с диссонансом. Летом 2021 года, когда пыл блокчейна был в самом разгаре, я написал статью о криптосообществах и счел полезным разделить их на фракции в зависимости от их любимых инвестиций.

Были биткойн-максималисты, которые считали токен OG единственным верным способом противостоять бедствиям современных финансов и правительств; любители Ethereum, которые рассматривали блокчейны как отличный набор Lego для создания новых виджетов; дневные трейдеры DeFi (децентрализованные финансы), которые просто играли в азартные игры. Каждая группа пришла со своими ценностями и культурой. Сегодня кажется более уместным сортировать людей по их рассказам о том, что, черт возьми, случилось с криптографией и куда все это идет.

Неудачники в кубе

На встрече с чуваками в баре Midtown в Нью-Йорке в январе собралась группа, обсуждавшая, что пошло не так с криптовалютой. Один парень обвинил большое количество «мусора» на рынке, потому что любой мог создать токен из ничего. Другой указал на отсутствие прозрачности во многих криптоорганизациях. Трейдер по имени Борис Фридман сказал, что, хотя люди в настоящее время «напуганы» криптовалютой из-за FTX, он ожидает, что рынок восстановится в ближайшие три-пять лет. «В долгосрочной перспективе адаптация усилится», — сказал он.

Неподалеку Кори Уилсон, одетый в два ожерелья — одно с изображением египетского глаза Ра, а другое — с логотипом блокчейна под названием HEX, потягивал маргариту. Уилсон сказал мне, что после потери средств на мошенничестве с криптовалютой BitConnect, а затем возврата всего и даже большего с помощью HEX, он продолжает покупать токены каждый день. «Я вижу высокий потенциал роста сейчас, когда мы находимся на минимумах рынка», — сказал он. (HEX упал почти на 90% по сравнению с пиковым значением.)

Кори Уилсон покупает токены каждый день. Фотограф: Леви Мандель для Bloomberg Businessweek

Рич Этьен, инженер из Флориды, потерявший около 100 000 долларов в результате краха системы Celsius, сказал в телефонном разговоре, что сейчас у него хорошее предчувствие рынка. Он говорит, что нужно следить за паттернами на графиках — «небольшие движения, фейки, определенные люди шиллингуют». Он говорит, что это не столько наука, сколько искусство: «Вы начинаете чувствовать».

Голландский институциональный инвестор, ставший аналитиком биткойнов, работающий под псевдонимом «Plan B», наиболее известен своими диаграммами, предсказывающими, что биткойн превысит отметку в 100 000 долларов в 2021 году. Когда этого не произошло, его репутация довольно сильно пострадала. «Вас станут сильно ненавидеть», — предостерег меня Plan B в Zoom. (Как и многие крипто-влиятельные лица, он предпочитает, чтобы его называли по имени из-за беспокойства о своей безопасности.)

Он поддерживает свой оптимистичный анализ, в частности, свою популярную модель «запас к потоку», которая предсказывает, что биткойн будет продолжать расти по мере того как выпуск новых монет будет замедлятьсятся, как это было запрограммировано его создателем под псевдонимом Сатоши Накамото. (Модель предполагает, что цена Биткойна обусловлена его дефицитом, и эта логика знакома как золотоискателям, так и коллекционерам Beanie Babies *коллекционные детские игрушки). Теперь Plan B считает, что к 2028 году Биткойн будет стоить от 100 000 до 1 миллиона долларов по сравнению с сегодняшними 27 000 долларов. Другими словами, дата передвинулась на несколько лет вперед. «Для меня это долгая игра, — говорит он. Он добавляет, что его ставка на Биткойн — “все или ничего”, он либо обнулится, либо станет преемником доллара США».

Ученые говорят, что такой тип мышления — удвоение убежденности, несмотря на крах — согласуется с психологией как трейдинга, так и азартных игр. Инвесторы более склонны продавать активы, которые выросли в цене, чем избавляться от тех, которые упали; это явление известно как эффект диспозиции.

Этому есть разные объяснения, рассуждает Тобин Ханспал, доцент кафедры финансов Венского университета экономики и бизнеса. Во-первых, трейдеры с падающими активами становятся более склонными к риску, потому что чувствуют, что им нечего терять. Другие пытаются избежать чувства сожаления. Люди «не хотят признавать поражение или сталкиваться с осознанием того, что совершили ошибку», — говорит Ханспал. (Среди таковых оказался и я)

Крис Блек винит в крахе «слишком большое доверие». Фотограф: Тамара Рейнольдс для Bloomberg Businessweek

Другие, сохраняющие веру, описывают крах как чистку, доказывающую, что криптовалюта должна вернуться к своим корням. Весь смысл Биткойна, согласно официальному документу Сатоши, заключался в том, чтобы позволить людям совершать денежные переводы напрямую «без центрального органа», такого как правительство или банк, или же компания, как FTX или Celsius. Для некоторых эта идея децентрализации обладает тотемной силой, и ее резонанс кажется столь же эмоциональным, сколь и интеллектуальным.

Крис Блек, который пишет онлайн-репортажи под псевдонимом Blec Report, сделал карьеру на критике любого криптопроекта, который отклоняется от первоначальной цели технологии блокчейна. По его словам, такие компании, как FTX, «злоупотребляли изобретением Сатоши». «Они используют его не по назначению». Блек утверждает, что большинство проектов, потерпевших крах за последний год, страдали от одной и той же проблемы: «слишком много доверия». По его словам, любая система, требующая доверия к людям, по своей природе нестабильна и может создать пузырь. «Каждый раз, когда он лопается, — говорит он, — все больше людей в этом убеждаются».

Те, кто знал

Фрэнсис Коппола не всегда была криптоненавистником. «Когда впервые появился Биткойн, я была очень им увлечена», — вспоминает она. Британский писатель по экономике и банковскому делу уже давно видела потребность в альтернативе банковской платежной системе, и криптовалюты казались многообещающей разработкой. Но к 2021 году она стала серьезным скептиком.

Тем летом она опубликовала в Твиттере ветку, в которой объясняла, почему даже децентрализованные криптосистемы, управляемые кодом, могут быть подвержены катастрофическим сбоям. Она утверждала, что осистемы пострадают от набегов на цифровые банки, если инвесторы начнут быстро выводить свои деньги и их алгоритмы не смогут этого остановить. «Алгоритмы построены на предположении, что люди никогда не паникуют и не бегут к выходу, игнорируя неопровержимые доказательства того, что они это все-таки это делают», — написала она.

Ее твиты привлекли внимание До Квона, создателя TerraUSD, популярной в то время монеты, которая использовала децентрализованный алгоритм для поддержания стабильной стоимости в 1 доллар. TerraUSD был популярным заменителем долларов США среди трейдеров DeFi, и его можно было реинвестировать, чтобы получать высокие доходы. «Я не дискутирую с бедными в Твиттере», — прокомментировал Квон в твиттере Копполы.

Коппола предвидела криптопанику. Фотограф: Джек Кеньон для Bloomberg Businessweek

«Это вернулось ему сторицей, — говорит Коппола, —  В итоге меня процитировали в суде». Затем она разражается веселым смехом. В мае 2022 года TerraUSD рухнул точно так, как описала Коппола. Сейчас Квону предъявляют иск инвесторы, и прокуратура США обвиняет его в мошенничестве. Правда он отрицает правонарушение.

Для Копполы крах, который отчасти спровоцировал падение TerraUSD, оказался горько-сладким. Она не хочет получать от этого удовольствие, учитывая, сколько людей пострадало. И все же: «Я чувствовала себя немного «ну вот, я же говорила», — вздыхает она. «Но злорадство, наверное, более правильный термин».

Коппола принадлежит к сообществу скептиков, которые давно выступают против нарративов, распространяемых крипто-бустерами. Во время бычьего рынка многие из этих сторонников вызывали насмешки у приверженцев крипты. «Мы действительно вытерпели много оскорблений от толпы «Не скучайте бедняки», — говорит она. После крушения криптовалюты скептики одержали победу. «Я бы не сказала, что люди открывали бутылки шампанского», — вспоминает Эми Кастор, еще один известный криптокритик, которая работает журналистом-фрилансером и ведет блог, поддерживаемый читателями. Но они почувствовали, как растут их ряды. «Раньше нас была горстка, кричащих в бездну, — говорит она. — Теперь же нас намного больше».

Обивиняющие

В криптографии 2022 год был годом «плохого актера». Плохие актеры внезапно оказались повсюду, запятнав чистоту неприступной технологии. Вместо того, чтобы указывать на структурные проблемы в криптографии — скажем, на отсутствие защиты инвесторов или на фундаментальный вопрос о том, как предотвратить использование полностью децентрализованной, в основном анонимной валюты для финансирования терроризма, — верующие обвиняли отдельных лиц (или группы) в  … плохой игре.

Самым крутым актером из всех, конечно же, является человек, известный в криптосфере как «Scam Bankrupt-Fraud». Молли Уайт, ярый критик криптовалюты, которая ведет сайт Web3 Is Going Just Great, утверждает, что Bankrupt-Fraud является полезным козлом отпущения для фанатов криптовалюты. «Им очень удобно говорить: «Это не наша проблема, это всего лишь один парень», — сказала она в недавнем интервью для подкаста. (Bankrupt-Fraud, которому предъявлено обвинение в мошенничестве, отрицает свою вину.)

Других козлов отпущения также предостаточно. На канале Fox News Tucker Carlson Tonight приглашенная ведущая Тулси Габбард рассказала ничем не подтвержденную теорию о том, что американские политики направляли доллары американских налогоплательщиков на Украину, которая затем инвестировала их в FTX, а затем направляла деньги обратно демократам. (Bankrupt-Fraud был крупным донором-демократом). Заместитель министра цифровой информации Украины написал в Твиттере, что Украина «никогда не инвестировала никаких средств в FTX».

Криптовалютные законодатели обвинили регуляторов в том, что они не смогли обуздать FTX до ее краха. Представитель Том Эммер, республиканец из Миннесоты, обвинил председателя Комиссии США по ценным бумагам и биржам Гэри Генслера в «использовании закулисных сделок …  с людьми, которые занимаются гнусными делами». Неважно, что Эммер уже давно настаивает на невмешательстве в криптовалюту. Были даже обвинения со стороны обвиняемых. Квон недавно предположил, что Bankman-Fried организовал сделки, которые привели к краху TerraUSD (федеральная прокуратура расследует эту возможность), а Bankman-Fried возложил вину за крах FTX на твит главного исполнительного директора Binance Holdings Ltd Чанпэна Чжао (хотя очевидно, что FTX проблемы гораздо глубже).

Коммунитарии

Возможно, единственным синонимом в криптолексиконе, столь же мощным, как децентрализация, было сообщество. В Twitter, Telegram и Discord владельцы одного и того же актива собираются, чтобы обсудить величие своего актива, поделиться мемами о нем и разгромить конкурирующие активы. Это особенно верно в отношении невзаимозаменяемых токенов, или NFT, тех кусочков цифрового искусства, которые в некоторых случаях продавались за сотни тысяч долларов. Теперь шумные чаты Discord затихли, и несколько оставшихся фанатов ждут обновлений. «Разработчики, сделайте что-нибудь» — жалкий рефрен, цифровой эквивалент тыкания мертвого животного палкой.

Распад этих сообществ оставил шрамы — некоторые из них буквальные. В феврале 2022 года Эмма Круджингтон просматривала Твиттер в своем офисе в Брисбене, Австралия, когда заметила горячую новинку NFT. Он назывался Tasty Bones, а на логотипе был изображен мультяшный череп с перевернутым рожком мороженого. Искусство показался ей «милым», и, что более важно, проект получил много шума.

Спрос на доступ к предпродаже превышал предложение, и ей нужен был способ выделиться. «Я подумала: «Что самое экстремальное, что я могу сделать?», — вспоминает она. Она сделала татуировку с логотипом на руке. Эмма разместила его фотографию в чате Discord сообщества Tasty Bones, и создатели включили ее в список на получение двух NFT. Через неделю она продала их, заработав около 12 000 долларов.

Эмма Круджингтон может удалить свою татуировку Tasty Bones. Фотограф: Тэмми Ло для Bloomberg Businessweek

Теперь, когда проект распался — Tasty Bones в настоящее время продается примерно за 50 долларов, — татуировка скорее забавляет Краджингтону. «Это отличная история, которую можно рассказать людям», — улыбается она. «Очень забавно оглянуться назад и подумать: «Мы все были просто пьяны или что-то в этом роде?»» Она надеется, что удалит или перебьет ее.

Круджингтон по-прежнему участвует в проекте NFT под названием Sappy Seals. Каждую неделю она часами разговаривает с подгруппой таких же владельцев под названием «Sappy Sisters». «Это как иметь личного терапевта», — рассуждает она. «Мы говорим о самых случайных вещах, от физики до блеска для губ». Круджингтон говорит, что Сестры превзошли свое происхождение. Они собрали деньги на благотворительность для собак, поддержали члена сообщества, больного раком, и обсудили сексуальные домогательства в пространстве NFT. Она может расплывчато описывать природу их связи («тема сообщества — это сообщество»), но уверяет, что связь подлинная.

Связь криптографией может окаоказаться рискованной. Уайт придумал термин «хищническое сообщество» для обозначения того, как оно может укреплять связи за счет своих пользователей, что очень похоже на многоуровневую маркетинговую схему. Когда эмоции связаны с деньгами и чувством сопричастности, может быть трудно ясно видеть себя и других участников со стороны, особенно в сообществах, которые рекламируют добродетельные дела. Такая среда благодатна для манипуляций. Бесчисленные проекты были «надежны» или проданы создателями, в результате чего инвесторы остались с бесполезными токенами.

Круджингтон говорит, что понимает, что такие сообщества могут быть эксплуататорскими, но это точно не про «Sappy Sisters». «Нет никакой монетизации, — утверждает она, — поэтому нет скрытых мотивов».

Те, кто ушли

В 2021 году, проработав полдесятилетия в традиционных финансах — TradFi — это пренебрежительный термин был дан криптовалютчиками, — Джилл устроилась на работу в фирму, специализирующуюся на DeFi. Ее привлекала идея транзакций без посредников, особенно в мире, где правительства могут запретить использование банковских счетов. «Некоторое время я была в восторге», — вспоминает она. «Но я поняла, что никто не имел ни малейшего представления о правилах OFAC». (Управление по контролю за иностранными активами применяет санкции против террористических организаций.) Чем больше она узнавала о технических аспектах криптографии, тем меньше казалось ей финансовой свободы, чем «обхода контроля над движением капитала». Недавно она уволилась с этой работы и ищет работу в TradFi.

Другой молодой парень также поделился своей историей  (но попросил вообще не упоминать его имени) — заработав шестизначную сумму в бычьем забеге 2021 года, он бросил колледж и устроился на работу в криптовалютную венчурную фирму. По его словам, его мышление было простым: колледж был отстойным, а он хотел быть свободным, заработать кучу денег и иметь Lambo.

Бизнес-модель в этом пространстве заключалась в том, чтобы найти проект, продвигать его, ждать, пока его токены вырастут, и фиксировать прибыль. Это не казалось зловещим, потому что все зарабатывали деньги. Когда он думал о нравственности своей работы, это было нетрудно оправдать; если кто и становился суровым, так это богатые люди. Оглядываясь назад, он говорит, что было жестоко не думать о том, что происходит «под ковром».

После того как рынок начал падать, то, что казалось ему игрой с положительной суммой, вдруг оказалось игрой с нулем. Он понял, что если кто-то и зарабатывал огромные деньги, то не бесплатно. Многие проекты, в которые инвестировала его фирма, потерпели неудачу, а новым оказалось трудно радоваться. Я спросил его коллег, считают ли его проекты реальной ценностью. «Да они и правда так считают», — говорит он, но утверждает, что это бред. Прошлой осенью он вернулся в колледж.

В начале марта я сказал Дэвиду, моему обычно немногословному парикмахеру, что пишу о криптозиме. Он оживился и, делая длинные паузы между отрезками волос и жестикулируя ножницами, представил анализ того, что, как он меня заверил, станет следующей большой вещью: токенов искусственного интеллекта.

Действительно, после дебюта ChatGPT в ноябре крипто-токены с некоторой связью с технологией ИИ (не всегда очевидной) взлетели в цене. Несколько человек, с которыми я разговаривал, упомянули интеграцию ИИ как возможный путь развития криптографии. Возможно, чат-боты смогут тратить криптовалюту для выполнения своих задач. Возможно, технология блокчейна поможет проверить подлинность в мире, насыщенном дипфейками. Влиятельный Twitter-аккаунт @punk6529 недавно написал: «ИИ раскроет истинное предназначение криптографии». Тон этих разговоров — приглушенный, сочувствующий, смутно пророческий, комично-спекулятивный — казался знакомым. Я сказал Дэвиду, что подумаю над этим направлением. Но не стал.

Перевод Станислава Прыгунова, специально для «БВ»