Безумное инвестирование в искуственный интеллект легко может окончиться крахом — как в эру доткомов

Безумное инвестирование в искуственный интеллект легко может окончиться крахом — как в эру доткомов

Инвесторы делают большие ставки на искусственный интеллект, возможно переоценивая стартапы, пишет Bloomberg.

Когда в прошлом году Мустафа Сулейман работал с основателем LinkedIn, миллиардером Рейдом Хоффманом, над стартапом Inflection AI, он увидел потенциал в их совместном проекте — чат-боте, который должен был быть «эмоциональным компаньоном, добрым, ободряющим и рациональным».

Теперь то же самое делают многие инвесторы с глубокими карманами.

Раунд финансирования в размере 225 миллионов долларов в мае 2022 года, задолго до того, как рынки вверглись в безумие из-за искусственного интеллекта, позволил фирме преодолеть порог «единорога» в 1 миллиард долларов. На данный момент Inflection AI отказалась раскрыть свою текущую оценку. Но Сулейман утверждает, что сейчас компания стоит миллиарды, что обеспечивает ему значительное состояние в сотни миллионов долларов.

Изобилие инвесторов, увлеченных потенциалом ИИ, от проверки инфраструктуры до языкового перевода и распознавания изображений, привело к стремительному росту богатства таких многообещающих людей, как Сулейман, а также увеличило состояния известных миллиардеров.

Согласно индексу миллиардеров Bloomberg, самый большой всплеск в этом году пришелся на производителя чипов для искусственного интеллекта Nvidia Corp., чей основатель Дженсен Хуанг почти утроил свой собственный капитал до 38,5 миллиардов долларов в этом году. Ларри Эллисон из Oracle Corp. стал четвертым самым богатым человеком в мире, а Сергей Брин и Ларри Пейдж из Google добавили миллиарды в свои активы после того, как объявили о планах создания чат-бота на базе искусственного интеллекта в рамках обновленной поисковой системы.

Согласно данным Pitchbook с начала года по май сделок связанных с ИИ было совершено на 35 миллиардов долларов, из которых рекордные 12,8 миллиарда долларов приходятся на компании, работающие над генеративным ИИ или алгоритмами, которые можно использовать для создания нового контента от текста до видео. Цифра почти в пять раз больше, чем за аналогичный период прошлого года.

«Это капитализм в его лучшем виде. Вам нужен капитал для погони за возможностями, который стимулирует творчество и изобретательность», — рассуждает Сулейман. Но это также мир, полный рисков, когда инвесторы вкладывают деньги в широко разрекламированные стартапы. «Безусловно, некоторые люди потеряют инвестиции», — соглашается он.

Мустафа Сулейман, соучредитель Inflection AI. Фотограф: Марлен Аваад/Bloomberg

Нынешнее безумное финансирование ИИ началось в январе, когда OpenAI, компания, основанная Сэмом Альтманом, создавшая ChatGPT, установила рекорд по сбору средств для ИИ, сумев привлечь от Microsoft Corp. 10 миллиардов долларов, при собственной оценке в 29 миллиардов долларов.

Еще одним бенефициаром стала Anthropic, компания, занимающаяся исследованиями и безопасностью ИИ, соучредителями которой являются брат и сестра, бывшие руководители OpenAI, Даниэла и Дарио Амодей. Они, при поддержке Google, привлекли 450 миллионов долларов при оценке в 5 миллиардов долларов, что является крупнейшим показателем в области ИИ со времен OpenAI. Компания заявила, что будет использовать средства, чтобы сделать чат-бот более безопасным.

Судя по миноритарным долям Амодеев, это вливание, вероятно, увеличило их состояние на сотни миллионов.

Ларри Эллисон, соучредитель и исполнительный председатель корпорации Oracle. Фотограф: Дэвид Пол Моррис/Bloomberg.

Бум и спад

Но в то время как прошлые интернет-бумы приносили огромные состояния, они также заканчивались и крупными крахами — отличается ли от них ИИ?

В 2017 году Грегг Джонсон, бывший руководитель Salesforce, присоединился к Invoca, компании, которая использует искусственный интеллект для анализа диалогов, что позволяет компаниям лучше отслеживать показатели продаж и маркетинга. Компания прошла долгий путь от своего скромного начала в 2008 году: сейчас у нее около 100 миллионов долларов постоянного дохода и 400 сотрудников, рассказывает Джонсон, который является ее генеральным директором. В прошлом году компания привлекла 83 миллиона долларов при оценке в 1,1 миллиарда долларов.

В то время как Invoca имеет проверенную репутацию, в наши дни «многие компании получают безумные суммы с доходом всего от 3 до 5 миллионов долларов», — удивляется он. Джонсон и другие лидеры отрасли опасаются, что банковское сообщество вернулось к тому, «волей-неволей начало бросать деньги в стартапы ИИ», как они делали это в 2021 году, что может создать почву для крупной распродажи, если деньги попадут к переоцененным игрокам.

Джеймс Пенни, главный инвестиционный директор TAM Asset Management и ветеран-инвестор, который предвиделтрудности, которые теперь угрожают движению ESG (*Environmental, Social, Governance principles — принципы деятельности компании, основанные на защите окружающей среды, создание благоприятных социальных условий, добросовестном отношении с сотрудниками и клиентами и надлежащем корпоративном управлении), поддерживает опасения Джонсона. Он сказал, что нынешняя ситуация напоминает ему о первых днях технологического пузыря, который лопнул в 2000 году, уничтожив более 70% акций Nasdaq.

Хотя история на стороне Джонсона и Пенни, реальность такова, что создание стартапа в области искусственного интеллекта — это многолетнее и капиталоемкое предприятие. Основателям нужны деньги, если они хотят получить реальный шанс.

В 2014 году Абхинаи Шривастава стал соучредителем Mashgin, компании, стремящейся заменить обычные кассовые киоски в магазинах на такие, которые будут использовать искусственный интеллект и компьютерное зрение для проверки цен — по сути, заменяя штрих-коды.

Крупный американский банк вскоре дал Шриваставе большой шанс, согласившись установить кассовые киоски с искусственным интеллектом в своих кафетериях. В итоге банк установил тысячи таких устройств в своих нью-йоркских офисах.

Теперь Mashgin расширился до стадионов, включая Мэдисон Сквер Гарден и Форд Филд в Детройте. Круглосуточные магазины, такие как Circle K и другие рынки, также используют свои киоски с ИИ. В прошлом году компания привлекла 62,5 миллиона долларов при оценке в 1,5 миллиарда долларов, в результате чего стоимость личной доли Шриваставы превысила 200 миллионов долларов.

«Мы думали, что это займет от трех до шести месяцев, но нам потребовалось пять лет, чтобы запустить наш первый продукт», — вспоминает он. Доказать жизнеспособность продукта в лаборатории — это одно, но «реальный мир — намного сложней».

С момента основания OpenAI Сэм Альтман играет ведущую роль в дебатах, касающихся регулирования ИИ. OpenAI работает вместе с избранной группой компаний, включая Anthropic и Google, над проведением оценки систем искусственного интеллекта для Белого дома.

Конечно, то, что ИИ-магнаты помогают писать правила для своей отрасли, имеет свои недостатки. Согласно недавнему сообщению журнала Time, OpenAI лоббировала смягчение важных элементов европейского закона об искусственном интеллекте.

Вывеска в офисе Nvidia Corp. в Тайбэе. Фотограф: И-Хва Ченг/Bloomberg.

Регуляторные риски

В ближайшей перспективе регулирование может замедлить рост инвесторов.

В конце мая Альтман присоединился к сотням других энтузиастов ИИ, подписав однострочное заявление, опубликованное Центром безопасности ИИ, некоммерческой исследовательской группой: «Снижение риска вымирания от ИИ должно стать глобальным приоритетом наряду с другими рисками общественного масштаба, такими как пандемии и ядерная война».

Но Хоффман не подписал это заявление, а вот Сулейман это сделал.

Сулейман говорит, что он признает потенциальные риски ИИ и считает, что технологии требуют более жесткого регулирования — как со стороны правительств, так и со стороны самих компаний.

«Некоторые люди собираются создать ИИ, которые будут вести себя как люди, и попытаются убедить людей, что они люди», — рассуждает он. «Это ускорит распространение манипулятивного убедительного повествования. Нам придется применить гораздо более агрессивный подход к онлайн-модерации и ответственности за платформу».

Сэм Альтман, главный исполнительный директор OpenAI, справа, во время беседы у камина в Университетском колледже Лондона. Фотограф: Крис Дж. Рэтклифф/Bloomberg